«Союзы» не взлетают, потому что «Роскосмос» плохо охраняют?

Опубликовано Опубликовано в рубрике Бизнес, Общество, Публикации, Универсальное

6 февраля 2019 года в череде явных неудач «Роскосмоса» прибавилась еще одна: снова вовремя не взлетит «Союз». Опозориться перед зарубежными партнерами – компанией Arianespace пришлось по той причине, что в разгонном блоке «Фрегат» была обнаружена трещина. Повреждение все-таки устранили, быстренько заварив треснувшую деталь. Вот только старт с космодрома Куру, находящего во Французской Гвиане, пришлось перенести с ранее запланированной даты – 19 февраля на более позднюю – 22 февраля.

Это уже не первый и даже не второй случай брака, выявленный перед стартом, который нанес очередной удар по репутации «Роскосмоса» и престижу страны перед всем миром. До этого отверстие в обшивке МКС и взрыв ракеты, когда едва не погибли пилотировавшие ее космонавты, также стали позорящими госкорпорацию фактами. Однако это не помешало руководителю «Роскосмоса» в начале февраля представить главе государства В.В. Путину неточный доклад, в котором было искусственно завышено число совершенных в прошлом году пусков. Составители, ничтоже сумняшеся, просто приписали к реальному количеству пусков (17) еще 5, не имеющих отношения к непосредственным пускам космических объектов. Это два запуска «Союзов» все с того же Куру для Европейского космического агентства, испытания ракетных комплексов «Сармат» и «Ярск» и тот самый роковой пуск «Союза», едва не приведший к человеческим жертвам.

И вот после всего этого руководитель государственной корпорации, демонстрируя «покер-фейс», спокойно докладывает Президенту об увеличении числа пусков как о доказательстве улучшения положения дел в нашей космической отрасли, хотя на самом деле это не так. Спрашивается, если так ведет себя сам глава «Роскосмоса», то с кого же, как не с него, брать пример сошкам помельче – его подчиненным? Рассмотрим на примере, который заодно, возможно, и объяснит, почему в наших ракетах и космических станциях так часто «образуются» дыры, и кто за этим стоит.

Оголение охраны режимных объектов

Причем в прямом и переносном смысле. Но обо всем по порядку. Одно из самых важных предприятий в ракетно-космической отрасли России – находящийся в Москве НПЦАП (Научно-производственный центр автоматики и приборостроения) им. академика Пилюгина – охраняет АО НТЦ «Охрана», входящее в структуру «Роскосмоса», а именно его филиал «Калужский». До 2017 года все было в порядке. Пока не пришел новый Генеральный директор – С.В. Супрун, бывший полковник уральского ФСБ. В самой «Охране» поговаривают, что получил он это теплое место благодаря протекции зам. гендиректора по безопасности «Роскосмоса» и по совместительству бывшего коллеги С. Демина.

А в качестве простого сотрудника в филиал «Калужский» тем временем устроился некто Р.М. Хуснетдинов – в недавнем прошлом зам. руководителя аппарата Правительства Московской области. Заметное понижение для столь «большого человека», не правда ли? Очень скоро в «Калужском» поняли разгадку этой головоломки. Должность (до поры до времени) и размер оклада (а зарплаты в «Охране» неприлично низкие) Хуснетдинова не интересует. Гораздо важнее для него – собирать компромат на руководство охраняемого предприятия, в частности, на руководителя НПЦАП Е. Межирицкого.

Делается это по указанию С. Супруна, по чьему приказу некто А. Ямпольский (его советник по безопасности) пытается создать своего рода агентурную сеть на охраняемом предприятии. О чем он беззастенчиво и сообщает тогдашнему директору филиала. Тот, естественно, отказывается, напоминая оппоненту, что предприятие – режимное, а значит, сбор информации на нем совершенно незаконен. Второе предложение о подобном «сотрудничестве» в скором времени поступило от еще одного зам. руководителя АО НТЦ «Охрана» В. Широкова. После отказа директора просто уволили с должности, которую тут же занял некий И. В. Лукин – марионетка Супруна, сразу с энтузиазмом занявшийся сбором информации о Заводе им. Пилюгина и его руководстве. Которую он исправно докладывал своему «подчиненному» Хуснетдинову, вскоре и ставшему полноправным директором филиала. А что же Лукин? Участь всех марионеток – пыльный темный ящик после отыгранного представления.

Все это время предприятие «кошмарили» проверками. Особенно проверяющих интересовал режим секретности и сохранность информации. В конце концов зам. директора НПЦАП уволили. А на эту должность был назначен другой приятель С. Демина – О. Аносов. Теперь, когда нужные позиции были заняты, можно было приступать к реализации задуманной игры. Только вот поле было, к сожалению, не шахматным, а стратегически важным для нашей страны – территория одного из лидеров ракетно-космической отрасли РФ.

Сотрудникам охраны отменили надбавку за секретность, хотя их зарплата всего лишь 15-17 тысяч рублей в месяц. Хотя, возможно, это был такой намек, что секретность теперь можно и не соблюдать? Помните, как в том анекдоте: «За такую зарплату нужно не только не работать, но и немножечко вредить». Охранникам перестали выдавать положенную им форменную одежду даже зимой. В самые холода они несли службу в изношенных до дыр вещах либо утеплялись собственными, принесенными из дома, что, разумеется, не по уставу.

Каждый промах рядового охранника раздувался до небес, и кара не заставляла себя ждать: из-за незначительного происшествия сотрудника, при его «огромном», особенно для Москвы заработке, могли оштрафовать, причем сразу на 50 тысяч рублей. При этом обязанности охранников постоянно росли и растут. Их даже заставляют развозить бумаги по чиновничьим кабинетам, выполняя роль вооруженных курьеров.

Чудовищная нехватка кадров, о которой руководство среднего звена «Охраны» постоянно сообщало Супруну и Хуснетдинову, приводит к тому, что многие посты приходится временно закрывать, а один уже закрыт насовсем. Охранники же за мониторами несут 24-часовую смену в одиночку. При этом они не могут выйти даже в туалет, не говоря о том, чтобы полноценно поесть или отдохнуть. По распоряжению Минздрава, за экраном нельзя находиться дольше четырех часов подряд. Сотрудники же «Охраны» вынуждены наблюдать за множеством мониторов сутки напролет. Как думаете, насколько велик их шанс что-то «просмотреть» уже на десятом часу дежурства? А ведь на территорию уже не раз попадали посторонние. А в ноябре 2018 года сотрудники Росгвардии прокатились с ветерком по территории Завода им. Пилюгина на такси одного известного интернет-сервиса. А как же научно-технические секреты? Как их полноценно защищать при таких условиях? Может, для этого и оголили «Охрану»?

Откуда в российских космических кораблях берутся дыры?

А теперь вернемся к той самой трещине в разгонном блоке «Фрегат». Этот запуск «Союза» особенно важен тем, что ракета должна будет вывести на орбиту первые спутники OneWeb для обеспечения планеты широкополосным доступом в Интернет. Понимаете, насколько это ответственно, и какую роль в этом играет Россия? Тут бы все тысячу раз проверить и перепроверить перед тем, как показывать партнерам и назначать дату старта. Однако нарушение герметичности магистрали подачи гелия, а проще, разрыв шва трубопровода обнаружили только на космодроме Куру во время предстартовой подготовки. А раньше нельзя было? Удар по репутации или «а нам все равно»?

Пока что французы ориентировочно назначили новой датой старта 22 февраля. Ведь для того, чтобы заварить дыру, весь гелий, который необходим для вытеснения топлива в процессе работы двигателей, пришлось сливать. Говорили, что для этого разгонный блок даже пришлось бы отправлять снова в Россию, но работы удалось провести на Куру, в Гвиане. А теперь бак заправляют инертным газом по новой. А это лишнее время, не говоря уже о расходовании сил, средств и других ресурсов.

А ведь разгонный блок «Фрегат» не первый раз создает проблемы, например, с потерей полезной нагрузки. Или это ему кто-то сознательно их создает. Брак в структурах «Роскосмоса» – явление, к сожалению, достаточно частое. В 2017 году специалисты уже перебирали комплектующие для двигателей ракет «Протон» из-за брака. По этой причине их полеты были заморожены на год. Об аварии «Союза» 11 октября 2018 года, когда только аварийная система не дала российским космонавтам погибнуть, все еще хорошо помнят. А нашумевшая дыра в МКС, которую Д. Рогозин попытался выдать за дело рук обезумевшего астронавта на самой станции – это вообще черное пятно на репутации «Роскосмоса». Кстати, причина ее появления так и не была выявлена.

При этом в госкорпорации регулярно случаются еще и шпионские скандалы. Летом 2018 года были задержаны руководитель ГПО им. Лавочкина и специалист института «Роскосмоса» ЦНИИмаш по обвинению в госизмене. Одному из них предъявлено обвинение в передаче сверхсекретных данных одному из членов НАТО. И в свете этих событий и постоянно случающихся проблемах с российской космической техникой на ум почему-то приходит слово, которое многие боятся произносить вслух – «диверсия».

Страшно подумать, чтобы было в такой ситуации в сталинские времена. Сколько бы голов полетело с плеч, причем в прямом смысле. И охранять тогда умели. Чтобы режимный объект, стратегически важный для поддержания обороноспособности нашей страны, охраняла горстка полураздетых усталых людей – такого и представить себе в те времена было совершенно невозможно.

Конечно, никто не призывает применять сталинские методы – упаси Бог. Но следить за поддержанием работоспособности сотрудников АО НТЦ «Охрана» нужно обязательно. Эти люди заслуживают того, чтобы о них заботились. Вернее, чтобы им предоставили возможность выполнять свои служебные обязанности в соответствии с Конституцией и Трудовым Кодексом РФ. А если С.В. Супрун и Р.М. Хуснетдинов по каким-то своим причинам не желают этого делать, то, значит, руководство «Охраны» надо срочно менять. Глядишь, и «Союзы» вовремя взлетать станут.